Товарные фонды предлагают страховку от инфляции, но перегружены энергетическим сектором

Товарно-сырьевые фонды можно использовать для хеджирования инфляции, но во многих преобладает энергетика.

Кроме того, за исключением некоторых «металлических» фондов, большинство не владеет реальным товаром или сырьем.

Если вы посмотрите на основные факторы, беспокоящие среднестатистического инвестора, то инфляция, вероятно, окажется самым большим и страшным монстром из всех. И все чаще инвесторы смотрят на товарно-сырьевые фонды как на способ компенсировать последствия инфляции и диверсифицировать свои портфели.

Если вы рассматриваете добавление товарно-сырьевого фонда в портфель, нужно понимать, что это такое.

Самая большая проблема состоит в том, что не существует четкого понятия, что такое товарно-сырьевой фонд и каким он должен быть.

Инфляция, как правило, это ужас конца экономического цикла. Так как экономика нагревается, увеличивается потребительский спрос, производители за спросом угнаться не могут, то цены на сырье начинают расти. Как правило, это происходит, когда уровень безработицы низкий и ВВП растет: товаров и услуг слишком мало, а денег – слишком много. Именно в этот момент, Федеральная резервная система начнет повышать процентную ставку, отправляя инфляцию обратно в логово.

Но во многих диверсифицированных товарно-сырьевых ETF больше энергетики, чем на любом НПЗ. Например, PowerShares DB Commodity Index Tracking Fund (DBC) с активами $2,4 млрд. По 12,38% активов фонда вложены в нефть Brent и WTI, мазут, бензин, и еще 5,5% – в природный газ.



И этот фонд не одинок: у iShares S&P GSCI Commodity Indexed Trust (GSG) из $904 млн активов 60,48% вложено в энергетический сектор.


Одно исключение: фонд iPath Bloomberg Commodity Index Total Return ETN (DJP) ограничивает риск влияния одного сектора 33%. Поэтому прежде, чем инвестировать в такие фонды, нужно перелопатить кучу сайтов в интернете и понять индивидуальные характеристики каждого товарно-сырьевого фонда.

Также нужно пристально изучить структуру фонда. За исключением некоторых «металлических» фондов, большинство фондов не владеют физическими товарами, отчасти из-за невозможности хранить 127 тонн кукурузы. Вместо этого они используют относительно небольшое количество фьючерсных контрактов и инвестируют остальные активы в ценные бумаги денежного рынка.

Обычно это означает покупку фьючерсных контрактов близко к экспирации и их замену на следующие контракты перед экспирацией. Если следующий контракт дороже спотовой цены, менеджеры фонда будут вынуждены переплачивать, чтобы купить контракт – ситуация, которая называется контанго. Лишь некоторые фонды, такие как PowerShares DB Optimum Yield Diversified Commodity Strategy Portfolio (PDBC), активно пытаются уменьшить проблему контанго.

Еще одна проблема: многие товарно-сырьевые фонды – это биржевые индексные облигации (exchange traded note, ETN), которые пытаются следовать за своими индексами, но также являются необеспеченными облигациями крупных банков. Самый большой эмитент ETN – Deutsche Bank, который является одновременно мечтой инвестора, торгующего против рынка, ну или просто бардаком.

Интересный подход у FlexShares Morningstar Global Upstream Natural Resources Index Fund (GUNR), который инвестирует в производителей сегмента разведки и добычи.

«Мы чувствовали, что у инвестиций во фьючерсы неопределенное будущее из-за текущих регулятивных условий», – сказал Марк Карлсон, старший инвестиционный стратег по фиксированному доходу и стратегиям по природным ресурсам в FlexShares.

Преимущество акций сектора природных ресурсов состоит в том, что они чувствительны к движению цен на сырье, как и Exxon (XOM) или Barrick Gold (ABX).

Если будет классический рост цен на сырье, акции этих компаний это отразят.

Вопрос со всеми этими товарно-сырьевыми фондами в том, насколько эффективной подушкой они будут при падении акций. Исторические факты, кажется, говорят «не очень». В документе 2013 года Гитеш Бхардваджа и Адам Дансби из SummerHaven Investment Management рассмотрели корреляцию между акциями и сырьевыми товарами за 50 лет. Они пришли к выводу, что в течение длительного периода корреляция между акциями и сырьевыми товарами практически равна нулю. Это хорошая вещь для управления портфелем.

Естественно, есть и ложка дегтя в бочке меда, а именно: корреляция между акциями и сырьевыми товарами повышается в периоды экономической слабости. В этом есть смысл: в условиях экономического спада спрос снижается, в том числе и спрос на сырье. И во время рецессии инвесторы крайне неохотно идут на риск, что означает, что они не стремятся на товарный рынок.

На данный момент, по меньшей мере, инфляция по-прежнему среди основных беспокойств инвесторов. Индекс потребительских цен, в том числе на продовольствие и энергоносители, вырос за 12 месяцев, закончившийся в сентябре, на 1,5%. Но поток денег из центральных банков повысил страх возобновления инфляции. А иногда просто страха инфляции достаточно, чтобы сделать инструмент хеджирования от инфляции хорошей инвестицией.

Фишки, инвестиционные идеи, сигналы и рекомендации!

Хотите получать бесплатные видеокурсы, материалы и участвовать в закрытых вебинарах?

Тогда подписывайтесь на рассылку и получайте доступ!

Комментарии

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.